?

Log in

Леонид Латынин
Recent Entries 
фото
Упруго сердце и прохладно,
Душа трезва и тяжела,
Живу нелепо и нескладно,
Верша убогие дела —

Кормленье кошки и собаки,
Уборка листьев и дорог
И писем чтение с Итаки
На мой – больной – полувосток.

А жизнь прошла, вторая тоже,
И третья брезжит с трех сторон.
И да, еще, помилуй, Боже,
Долгов не отданных вагон —

Тепло, забота, вера, слово
И бег за тенью, аки все,
Чуть отдохнешь и дале снова,
Как белка в беглом колесе,

Дыша, болея, побеждая,
Надеясь, мучаясь, скорбя…
И хорошо, что вместо рая
Нет перспективы у тебя.
28th-Sep-2016 08:58 pm - Китайский бред
фото
Земная жизнь закончилась давно,
В которой всех событий - на пол дня.
И лишь смотрю реальное кино,
В котором, слава Богу, нет меня.

Арабский ветер над кремлем навис,
Европа тает, как весенний снег,
Китайский бред является на «бис»
В очередной за Хиросимой век.

А были ли счастливей времена?
А будут ли, наверно, не поймешь.
Реальны лишь посудина вина
Да хлеба кус, за вожделенный грош.

Зачем- то Рим зажег опять огни,
Манеж кипит, как мясо в казане.
И это все - единственные дни,
На краткий миг дарованные мне.
26th-Sep-2016 05:23 pm - Византийцы
фото
ЧТО мне сказать, если веку отрезаны уши,
ЧЕМ мне сказать, если нету болтала во рту,
Зря мне оставили четверть затопленной суши,
Да полувыцветший гюйс на предсмертном ветру.

Пьет гопота удалые судьбы полстакана,
Время поет незатейливый древний кровавый мотив,
Я полусонная тень твоего колдовского романа,
Кличет во мне надо мной семиглавый ощипанный Див.

Я подавился когда -то расплавленным оловом слова,
Вкус его еле успев ощутить в наступившем бреду.
Что мне с того, что я в "будущем времени" снова
С умною тварью беседу о волчьей эпохе веду.

Месяц на небе рогат или это улыбка убийцы,
Что озирает распятую некогда свежую плоть.
Все мы истлевшие в прошлых веках византийцы,
Коих сюда изблевал второпях ненадолго Господь.
25th-Sep-2016 04:21 pm - В российской Ганзе
фото
Собираются птицы и готовятся в путь,
Вот и ветер сорвал пожелтевший листок.
И наверное в этом разгадка и суть,
Возвращаться, сгорев , все равно на восток.

Я на шею повешу обыденный крест,
Замотаю поверх одноцветным платком.
И отчалю от этих мучительных мест,
Жаждой жизни тугой в неизвестность влеком.

Пусть без нас по ночам колобродят дожди,
И без нас по зиме заневестится снег,
Пусть без нас хороводят больные вожди,
И в грядущий продлят недопреданный век.

Что - то горло першит, что - то глаз на слезе,
Вынес свой приговор человеческий суд.
Вот и нету мне места в российской Ганзе,
Где в цене и в ходу лишь купеческий зуд.
фото
Как вреден дым отечества, однако,
Закрыта дверь и в голове угар,
Не лучше ли отправиться в Монако,
И в прочий незатейливый Катар.

Чихаешь, ждешь, и голова кружится,
И слезы застилают белый свет.
Зачем, скажи, мне эта заграница,
Где дыма соответственного нет.

Душа горит, снуют противогазы,
Война, гроза и прочая тоска,
И по небу рассыпаны алмазы,
И палец сам собой танцует у виска.

А впрочем, с дымом тоже перебои,
Открыл окно и прибывает сил.
Вот так и умер незаметно в Трое
Проспавший бой какой- нибудь Ахилл.
фото
Все меньше в природе озона.
Все меньше в народе добра.
И нет никакого резона
В потребности слов и пера.

В окошке убавилось света,
На грядках крапива, увы,
И нет в послесловии лета
Понятий плода и ботвы.

И птицы летят равнодушно,
Тонка Ариаднина нить,
И Богу, наверное, скучно
Проект неудавшийся длить.

Уходит в былое привычка,
Ни дня без борьбы и труда.
И жизнь догорает, как спичка -
Счастливая, вдруг, иногда.
фото
Пора надежды миновала,
Пора отчаянья прошла,
Лоснятся листья краснотала
Вдоль кромки тонкого ствола.

Я ром плесну себе в посуду,
И сыром пряным закушу.
И жизнь, царицу и паскуду,
На черный танец приглашу.

И мы закружимся нелепо
В кандальной вымершей глуши,
Где жизнь прошла светло и слепо,
При свете сумрачной души.

И что с того, что кратки годы
В моей измученной стране.
Под звуки праздной несвободы,
Мы были счастливы вполне.
фото
Не трагична жизнь, статична —
Гонка, полымя, вино.
Жить бессмысленно привычно
И недавно, и давно.

Звезды падают на крышу,
О березу трется ель.
Никого давно не слышу
Сквозь сумятицу и хмель.

Тень фламандца над диваном.
Краснопевцев у окна,
Кость, даренная шаманом,
И безделица одна —

Черный крест времен Нерона,
В римской саже и дыму,
Что нашел во время оно
Раб в разрушенном дому,

В деревянном водостоке.
Вечер был щемящ и тих.
Нам с тобой бы эти сроки…
Впрочем, хватит и своих.

И пока в стекле не сухо,
Влагу пей и Бога славь.
Еле слышно слышит ухо
Вздох раба, слышней чем явь.
фото
Бунтует кровь, гремит посуда,
А жизнь желанна и грешна,
И воля – дура и паскуда —
При свете разума смешна,

Всё суетится и хлопочет,
Скулит, любя и мельтеша.
Но, как по кругу важный кочет,
Гуляет по небу душа.

Она не здесь, она пропала,
Она исчезла, ако дым,
Как будто ей гулялось мало
По летам самым молодым.

И там, за волей и рассудком,
Такая удаль и жара.
И ты летишь в пространстве жутком,
В лихом безволии пера.

И все, что было, так далече,
Судьба живет наоборот.
И воздух расправляет плечи
Еще неведомых забот.
15th-Sep-2016 08:37 am - Стансы
фото
Сердце вспотело от вечной запарки,
Ткут свою пряжу безумные парки,
Ткут свою пряжу, беспечно бубня,
Что им убогим давно до меня.

Выстрел на выстрел, стрела на стрелу,
Ропщет душа в неуютном углу.
Ропщет душа и твердит наугад -
В жизни такой ты один виноват.

Тянется пряжа, свивается в нить,
Некого стало жалеть и винить.
Некого стало прощать и жалеть,
Олова вдоволь, да кончилась медь.

Шведская сталь затупила ножи,
Хочешь скитайся, а хочешь служи.
Хочешь запри свою тень на замок,
Запад иссяк и восток изнемог.

Тратится пряжа виток за витком,
Век убывает, химерой влеком,
Несыть и сыть перепутались в суть,
Бездна мерцает, а кажется путь.
This page was loaded Sep 29th 2016, 10:05 am GMT.