Леонид Латынин (latynin) wrote,
Леонид Латынин
latynin

Categories:

Клейкие листочки

Письмо второе
Дорогая N, Вы сказали, прочитав мое первое письмо, что Вам не хватает карамазовских «клейких листочков», которые были в изобилии в моем устном рассказе о поездке. Поскольку Вы не литератор, а заметный естественник, мне хочется рассказать, чем устная речь литератора отличается от его же письменного текста. Устный рассказ – это рассказ ЖИВОГО человека об увиденном ИМ вещном мире.
Это пример «клейких листочков» специально для Вас.

И еще несколько «клейких листочков».
http://fotki.yandex.ru/users/leonid-latynin/album/100949/
Письменный же текст литератора - э то переживание в будущем МЕРТВОГО человека, для в будущем МЕРТВЫХ людей, о в будущем МЕРТВОМ мире, присутствие которого он угадал в вещном мире. Литература – это некое СОЦИАЛЬНОЕ МОНАШЕСТВО, в котором свобода от вещного мира насущна и обязательна. Иначе это продукт естественного мира, в котором , в чести, именно «клейкие листочки» хоть их и « чревом любишь» . Простите, что это пишу теперь, а не сказал Вам этого при личной беседе. Только сейчас инструментом слова смог сформулировать свое понимание карамазовской ( первее пушкинской) метафоры. И конечно же эти листочки вытащили на свет Конфуция. «Мы не видим ветер, но видим ЛИСТЬЯ, которые шевелит ветер»
Какого рожна, вдруг, почему - тот же 20 век дал НЕ кукольный театр людоедов – от гитлера до муссолини. Вот так разом. Они лишь листья истории, которые на наших глазах и костях шевелит ветер Главного Хаоса, стремящегося к системе и гармонии. Невидимая часть истории, невидимая сторона той жизни занимает меня давно. И то, что я делаю, то что я вижу связано именно с ТЕМ , (но еще живущим здесь), а не этим СВЕТОМ.
Избирательность информации, невнимание к контексту часто приводят к конфузу. Проезжая Дубулты, где в давние годы был Дом Писателей, я вспомнил о своей встрече с Ангелиной Васильевной Щекин - Кротовой. ( Последняя жена Роберта Фалька). Мы сидели за одним столом, много говорили, оправлялись в дальние прогулки. Беседы были интересны и продолжительны. Как часто это бывает, люди разъезжаются после этого невольно случившегося общения и, сохраняя приятные воспоминания, живут своей жизнью. Однажды кто-то из моих друзей позвал меня в мастерскую Фалька, чтобы посмотреть коллекцию его картин. Поднялись по лестнице, позвонили, открыла Ангелина Васильевна. Я удивился и спросил, - а Вы тоже пришли смотреть картины? В некотором роде, я здесь живу, сказала она. Оказалось, что за многие недели общения и прогулок мы говорили обо всем на свете, но я умудрился , или точнее меня угораздило не узнать сущностное, что Ангелина Васильевна вдова Фалька. Этот эпизод модельно имеет отношение ко всем моим отношениям, странному выборочному запоминанию прочитанного, и моему пристрастному и избирательному отношению к некоторым Временам - от истории рода Юлиев до русского раскола с гениальным литератором Аввакумом.
Швеция поразила меня своей одноцветностью, монотипным пространством, оказалось, что почти поголовно, коричневый цвет домов и белые наличники - не стихийная склонность шведов к одинаковой палитре, а прагматичное использование экологически чистых растительных красок, побочных продуктов переработки органических соединений.
К теме «того света», конечно же имеет отношение шведское метро. Тоннели в скалах рождают представление о потустороннем мире, брошенном людьми и ведущем в подземное обиталище. Тоннели вырублены неровно и мрачно. Переживаешь минутное ощущение, что из этих тоннелей нет пути назад.
Но вся мрачная мистика и таинственность колдовского мира Швеции, переданная Бергманом, для меня открылась в мое предыдущее посещение, отягощенное еще и зимним месяцем и полуполярной ночью Швеции.
Так случилось, что я оказался один в этнографическом музее Стокгольма. Надписи были по-шведски. Я перестал понимать, куда можно идти, а куда нельзя, ибо двери, когда я подходил к ним, открывались сами. Незнание и невежество или нечто завели меня в запасники музея. И, наконец, в комнату, где бессистемно, хаотично и вразброд стояла древняя скульптура. Это был шок, который не проходит у меня много лет. От этих групп веяло мистической завораживающей, пронзающей тебя и меняющей тебя энергией, которую можно было увидеть. И к которой можно было прикоснуться. Пришли служители, по жестам я понял, что мне предлагаю вернуться в парадные залы. Но ощущение плоти этой энергии вышли в эти залы вместе со мной.
Subscribe

  • (no subject)

    Осенней жизнью медленно дыши И пей до дна надколотую чашу, В бреду ума и ясности души Прощальный час я нежностью украшу. Не той –…

  • (no subject)

    Боль гуляет, где попало, Суетится мельтеша. Мне сегодня места мало В клетке именем душа. Выйду вон тайком наружу. Клетки двери не запру. В…

  • (no subject)

    СЛУЖБА ВЫМЫСЛА Что-то ворон раскричался над заставой, Что-то ветер надрывается в лесу. Неужели в этом мире, Боже правый,…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

  • 2 comments