Леонид Латынин (latynin) wrote,
Леонид Латынин
latynin

Categories:

ВВ ИВАНОВ ВБ ШКЛОВСКИЙ "ИПРИТ"

15 августа в доме Вяч. Вс. Иванова в Переделкине уже в пятидесятый раз поминают Всеволода Вячеславовича Иванова. Около 20 лет я свидетель этой не часто исполняемой нами традиции.
Человеческая память, как кинопроектор рисует на экране внимания свой единственный в данную минуту мгновенный живой портрет. Из слов сына за эти годы сложилась вдохновенная устная книга об отце. Вчерашняя глава из этой книги была посвящена формализму, дань которому отдал и Вс. Иванов, и авантюрному роману Всеволода Иванова и Виктора Шкловского «Иприт», не издававшемуся с 29 года вплоть до 2005 года. Судя по количеству Яндес- ссылок, время уже дожило до этого фантасмагорического романа о третьей мировой войне.

Множество деталей из этой главы были для меня внове. Особенно интересен устный рассказ Всеволода Иванова, сохраненный цепкой памятью сына, как утром 1922 года он прочел в Петроградской газете статью, требующую ареста эсеров, участвовавших в антибольшевистском заговоре, и среди них - Шкловского, а днем- встретил Шкловского в Госиздате, стоявшего первым в очереди за гонораром. Всеволод Иванов, разумеется, с удивлением спросил друга, читал ли он статью, и услышал в ответ, что тот собирается бежать в Финляндию по льду финского залива ( что он, как известно и сделал), но для этого нужны большие деньги проводнику, вот он за ними и пришел в Госиздат. Я читал в свое время "Zoo. Письма не о любви, или Третья Элоиза" и знал о влюбленности Шкловского в Эльзу Триоле , но было интересно услышать о претензиях Шкловского, считающего, что литература есть сумма приемов, научить Эльзу в несколько уроков писать романы. Может, и научил: во всяком случае писательница Триоле появилась в 1922 году, как раз после встречи с Шкловским , избыточная бешеная энергия которого могла менять судьбы окружающих его людей и вектор движения литературы. Я застал излет этой энергии. И даже последние слова умирающего Шкловского,- « Убей меня» - вызов смерти и вечный бунт живой жизни неодоленного человека.

Как славно, что среди сукна серого купеческого быта остались цветные пятна бытия.


Всеволод Иванов. Рисунок Ореста Верейского



ТВ Иванова и ее дети. Вячеслав, Михаил, Татьяна

Subscribe

  • (no subject)

    И было утро, а потом Бежал навстречу пес, С зажатым плотно жадным ртом, И птицу гордо нес. А птица билась тяжело, Преодолев испуг, И наконец одно…

  • (no subject)

    АНГЕЛ МОЙ ЗЕМНОЙ Ангел мой земной, обними меня, И поплачь еще на моем плече. Здесь свеча горит, в пол, горит, огня, Сколько ей светить, и горечь…

  • (no subject)

    СМУТНАЯ БЫЛЬ Жить хорошо – ничего не познаша, Праздно смотреть в пожилое окно. А на столе – оловянная чаша, В чаше на дне – не мирское вино.…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

  • 4 comments