Леонид Латынин (latynin) wrote,
Леонид Латынин
latynin

http://tanyant.livejournal.com/20279.html
пишет,-
Вообще непонятно, почему именно футбольный мяч и его местонахождение вызывают такое озверение. Волейбол - не вызывает, баскетбол - тихо; теннис смотрят всё сплошь интеллигентные, выдержанные люди:)) Даже борьба сумо проходит в относительно спокойной атмосфере.
Мне ответ не кажется сложным и лежит на поверхности:
Война тайная или явная - ЕДИНСТВЕННАЯ форма жизни, которая существует на земле. Война человека с человеком, рода с родом, народа с народом, расы с расой, цивилизации с цивилизацией, человека с природой, природы с человеком. Футбол - почти мирная сублимация этой вяло и не вяло текущей войны. Футбол, в отличие от волейбола и тенниса, - это война АРМИЙ болельщиков, а не спортсменов, этому способствует масштаб площади стадионов, количество озверелых и ревущих и разделенных на врагов сторон, и, наконец, футбол – рифма к античным стадионам с кровью, гладиаторами и зверьем. ЛЛ
Subscribe

  • (no subject)

    Я даже в мысли более безгрешен. Спеленут так, что звуку не пройти. Пусты зимой строения скворешен, И птиц пусты свободные пути. И только тот…

  • (no subject)

    НИЩАЯ СКРИПКА Нагнулась душа, прикоснувшись едва, Ладонью легко провела по губам, И память услышала молча слова, Что счастье делили с…

  • (no subject)

    И было утро, а потом Бежал навстречу пес, С зажатым плотно жадным ртом, И птицу гордо нес. А птица билась тяжело, Преодолев испуг, И наконец одно…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

  • 11 comments

  • (no subject)

    Я даже в мысли более безгрешен. Спеленут так, что звуку не пройти. Пусты зимой строения скворешен, И птиц пусты свободные пути. И только тот…

  • (no subject)

    НИЩАЯ СКРИПКА Нагнулась душа, прикоснувшись едва, Ладонью легко провела по губам, И память услышала молча слова, Что счастье делили с…

  • (no subject)

    И было утро, а потом Бежал навстречу пес, С зажатым плотно жадным ртом, И птицу гордо нес. А птица билась тяжело, Преодолев испуг, И наконец одно…