Category: напитки

Category was added automatically. Read all entries about "напитки".

фото

(no subject)

Я Вас не знал и видно не узнаю,
Я все сказал, что говорить нельзя,
Наверное потом, когда случится маю,
Я вновь вернусь, по прошлому скользя.

Крива стезя, и отчасти поката,
Я верил в то, в чем веры ни на грош,
Мне жить дано в окрестности Арбата,
Мой дом невыразительно хорош,

И что с того, что в нем я не прикаян,
И нет живого места от потерь,
Что мой сосед филолог Ванька Каин
Стучит ногой в незапертую дверь.

Мы тянем водку, спутницу порока,
Что если б ведал, возлюбил Сократ,
И рассуждаем о вине Востока,
Что час от часу множится стократ.

А боль свербит и временами даже
Бесцеремонно прерывает речь,
И никого из безымянной стражи,
Что б нас от нашей памяти беречь.
Leonid Latynin

фото

(no subject)

ШУРЫ-МУРЫ

Что - то ветер над оливами тяжел.
Густо падают февральские дожди.
И зачем я в эту невидаль зашел,
Говорили, дураку, не заходи.

В новой жизни я еще не наторел.
Дом рифмуется с растерянностью дня.
Хорошо, что окончательный предел
Не написан небесами для меня.

Я накину равнодушье от дождя,
Барабанит по плечам моим вода.
Я уехал от безумного вождя,
Но уехав, не уехал никуда.

Солнце в тучах источает свой испуг,
Галька мокрая шуршит потом в ночи,
Ты прости, что я молчу, сердечный друг,
Только ты со мной сегодня не молчи.

Шуры - муры с шери - бренди до утра,
Между делом надавить, шутя, курок.
Как свинцовы под оливами ветра,
Что топорщат куропатки рваный бок.

фото

(no subject)

Из неизбывности и нежности
Из ниоткуда – в никуда.
Из той великой неизбежности
Прихода Божьего суда

Пишу Вам, нежная и праздная,
Моя бессонница и сон,
Где эту жизнь прощально празднуя,
Душа спешит за небосклон.

Я жил, как все, на грани случая.
За гранью меры и тоски,
И снова боль, слепя и мучая,
Сжимает бережно виски.

Я Вам пишу, устало веруя
В несправедливости завет,
Мы - не последние, не первые
Изгнанники бесплодных лет,

Где мне, земной заботой полита,
Судьба вполне благоволит,
Где то, что налито – то пролито,
А то, что выпито – болит.

фото

(no subject)

Угадай, не угадаешь.
Понимая, не поймешь,
Где нашел, там потеряешь,
Как ты сущности не множь.

На столе стоит посуда,
В ней - багровое вино.
Я вернулся, а откуда
Ведать грешным не дано.

Справа молится Иуда,
Слева делят города,
Мне хватило бы пол чуда
Видеть это никогда.

Ни урода с желтой пряжкой,
Ни лакея в зипуне,
С незатейливой дворняжкой
На засаленном ремне.

В чем мы, Боже, виноваты,
Понимая не поймешь.
Сон, пустырь, ума палаты,
Тайной жизни страх и дрожь.

фото

(no subject)

Из неизбвности и нежности
Из ниоткуда - вникуда.
Из той великой неизбежности
Прихода Божьего суда

Пишу Вам,нежная и праздная,
Моя бессонница и сон,
Где, эту жизнь прощально празднуя,
Душа спешит за небосклон.

Я жил, как все, на грани случая.
За гранью меры и тоски,
И снова боль,слепя и мучая,
Сжимает бережно виски.

Я Вам пишу, устало веруя
В несправедливости завет,
Мы - не последние и первые
Изгнанники бесплодных лет,

Где мне, земной заботой полита,
Судьба вполне благоволит,
Где то, что налито - то пролито,
А то, что выпито - болит.




фото

(no subject)

ВАНЬКА КАИН

Я Вас не знал и видно не узнаю,
Я все сказал, что говорить нельзя,
Наверное потом, когда случиться маю,
Я вновь вернусь, по прошлому скользя.

Крива стезя, и отчасти поката,
Я верил в то, в чем веры ни на грош,
Тусклы дома в окрестности Арбата,
И мой на них мучительно похож.

Живу, как должно, нем и неприкаян,
Считая даты будничных потерь.
Порой сосед филолог Ванька Каин
Стучит ногой в незапертую дверь.

Мы тянем водку, спутницу порока,
Что если б ведал, возлюбил Сократ,
И рассуждаем о вине Востока,
Что час от часу множится стократ.

А прошлое болит, в бесцеремонном раже
Еще живую прерывает речь.
И никого из безымянной стражи,
Что б нас от нашей памяти беречь.




фото

(no subject)


ОСЕННИЙ МОТИВ

Остывает море и желтеют травы,
Вот уже и птицы прилетели жить,
Убывает место для любви и славы,
Тоньше и прозрачней Ариадны нить.

Так же цепки руки, так же прытки ноги,
Крылья потрепались , но еще вполне,
Прошлое проснулось, встало на пороге,
Как оно прекрасно при живой луне.

Посмотрю направо, горная дорога,
Посмотрю налево - стынь и суета,
А внутри все больше нежности и Бога,
Сквозь мои пустые скорбные лета.

Стало с миром рядом больше одиноко,
И нездешней, новой терпкой тишины,
В том, что знал и ведал никакого прока,
Край не отодвинуть жизни и войны.

Прошлое устало село у камина,
Разливает молча на двоих вино,
Мне моя излишна явно половина,
Глубина разверзлась и открыла дно.

фото

(no subject)

НА СВОЕЙ ЧУЖОЙ ЗЕМЛЕ

Что мне делать с этим хламом -
Мутной долей бытия,
Наступившем в яви Хамом,
В коей власти ты и я?

Что мне делать с этой речью,
Исковерканной до лжи?
В шкуру загнанны овечью
Города и этажи.

Как удавкой горло сжато
Бредом пошлости и тьмы.
В чем мы, Боже, виноваты?
В чем опять виновны мы?

Стул и стол, на стуле - тени,
Хлеб и водка на столе.
Встану подле на колени
На своей чужой земле,

Подле памятного праха,
Повторяя без конца,-
Все мы подданные страха,
Или пасынки Творца.




фото

(no subject)

Тень на тень не умножается,
Жизнь не делится на дни,
Все что было, продолжается,
Как и должно искони.

Бьешь баклуши, горе мыкаешь,
Ходишь мерно — тик и так,
Дураку на службе выкаешь,
Другу тыкаешь, дурак.

Выпьешь пива, съешь телятину,
Поскоблишь слегка леща,
Разглядишь от пули вмятину,
От финала трепеща.

Вот и все, и все занятия,
Сон и вдоль и поперек.
Остальное демократия,
Как натянутый курок.




фото

(no subject)

Угадай, не угадаешь.
Понимая, не поймешь,
Где нашел, там потеряешь,
Как ты сущности не множь.

На столе стоит посуда
В ней багровое вино.
Я вернулся, а откуда
Ведать грешным не дано.

Справа молится Иуда,
Слева делят города,
Мне хватило бы полчуда
Видеть это никогда.

Ни урода с желтой пряжкой,
Ни лакея в зипуне,
С незатейливой дворняжкой
На засаленном ремне.

В чем мы, Боже, виноваты,
Понимая не поймешь.
Сон, пустырь, ума палаты,
Тайной жизни страх и дрожь.