Category: общество

Category was added automatically. Read all entries about "общество".

фото

(no subject)

Белый свет протяжен и печален,
Черный цвет - мерцание вины.
Слабый звук тревожных наковален
Долетает до земли войны.
Мир вокруг необъяснимо болен.
Веры свет, как таянье свечей.
Слабый звук тревожных колоколен
Заглушает музыку мечей.
И чужого времени просторы
Правят нынче невеселый бал.
Перебрех велеричивой своры
Гонит мысль в разруху и финал.
Не читай проклятые газеты,
И не верь собачьим голосам.
Мертвой жизни скорбные приметы
Застилают очи небесам.
А в заросшем и разбитом храме
Помолись, не подымая лик,
О грядущем наступившем хаме.
Чей ты сын и первый ученик.
фото

(no subject)

Серый вечер качнет занавеску,
Вздрогнет пламя сиятельных свеч.
Эта жизнь мне досталась в отместку
За смирение, веру и речь.

Мне сулились свобода и воля,
В двух шагах за соседним углом,
Где под ручку гуляют глаголя,
Желтый кремль и зеленый дурдом.

Вот бы было печали и страху,
Если б сдуру шагнул за порог,
Положили бы веру на плаху,
И замкнули бы речь на замок.

Я бы бился о жизнь головою,
Я встречал бы сквозь клетку весну.
А теперь попою и повою
И опять ненадолго усну.

И пребуду в своей несвободе,
До нездешнего - кстати - суда.
Это счастье в моем переводе,
Дальше «нет», и блаженнее «да».
Leonid Latynin

фото

(no subject)

Ты вернулась — дома нет,
Головешки-неваляшки,
И дрожит смешной валет
В пальцах смятой промокашки.

Остов печи, старый зонт,
Да свечевые огарки,
Обмелел Эвксинский Понт,
Домотали пряжу Парки.

Здесь был рай и рая нет,
Здесь был сон красив и чуток,
Ночь была и был рассвет,
Вопреки уставу суток.

Только там, где шли века,
Только жести звук сторожкий,
Только лист из дневника
С неживой сороконожкой.
Leonid Latynin

фото

(no subject)

Власть дрожащих в тайном страхе
Низших дней и высших сфер,
Не истлевшую во прахе
Волю ненависти вер.

Третий зрак ослеп и умер,
Вознесен на небеси.
И мычит морзянкой зуммер -
Наказуй, или спаси.

А земля летит куда - то,
Не жива и не мертва.
Так же ветрено крылата
По законам естества.

Птица вьет гнездо беспечно
Без фаты и без колец.
Хорошо, что все не вечно,
И конечно, наконец.
Leonid Latynin

фото

(no subject)



Больше ясности, меньше хлама,

Чуть печальней, но впроворот.

(Полюбила пейзанка Хама,

А за ней отставной народ).


Я сижу на курульном кресле,

Я черчу на листе круги.

Я бы верно поднялся, если

Не толпились вокруг враги.


Вот одни в шерстяной накидке

С не горящей уже свечой,

Тянут жадно свои напитки

Рыбий жир пополам с мочой.


Или та в размахае красном,

Душу страстью крутой дробя,

Смотрит глазом своим прекрасным

И не видит в упор тебя.


Что случилось, что я не в силах

Встать и выйти из круга вон,

Что мне это родство унылых

В ястребином пере ворон.


Или я среди них уместен,

И подобных стада окрест.

Пал. Отжался. Конец известен,

Черви. Глина. И сверху крест.


фото

(no subject)

Вина не велика, полмузыки остыли,
И пара темных слов витают мысли вдоль.
Я сам себе судья, в чужом пространстве – «или» -
Еще влачу шутя затейливую роль.

Я Вам хотел сказать, но видно не сказалось,
А так себе стряслось и больше ничего.
Моя тугая жизнь ничтожнейшая малость,
Такое де-грие безумного Прево.

А век уже убог, и страсти обмелели.
И тлеет день за днем корявая судьба.
И мечется мой дух в еще не робком теле,
И глаз еще слезит посередине лба.

Я вижу Вас насквозь до дна слепого рода,
И каюсь, что зашел не в гости, а в завет.
Конечно это бред,но такова природа
Быть верным и живым и после здешних лет.

Качается ваш трон от северного ветра,
Качается мой свет в пространстве темноты.
И длится без конца спасительное ретро,
Под полусон любви и шепот немоты.

фото

(no subject)

Справа даль и слева тоже.
Впереди скалистый брег.
Помоги нам грешным, Боже,
Пережить и этот век.

Власть дрожащих в тайном страхе
Низших дней и высших сфер,
Не истлевшую во прахе
Волю ненависти вер.

Третий зрак ослеп и умер,
Вознесен на небеси.
И мычит морзянкой зуммер -
Наказуй, или спаси.

А земля летит куда - то,
Не жива и не мертва.
Так же ветрено крылата
По законам естества.

Птица вьет гнездо беспечно
Без фаты и без колец.
Хорошо, что все не вечно,
И конечно, наконец.
Leonid Latynin

фото

(no subject)

ВЕСЕННИЙ МОТИВ

Ах, как это и лепо, и просто
Жить с людьми по закону любви,
Понимая, что кожа – береста
И леса эти – братья твои.

Эти камни, овраги и кручи
И зерно в колыбели земли,
Эти белые пышные тучи,
Что текут неподвижно вдали.

Понимая, что б сколько ни билось
Ненадежное сердце в груди,
Жизнь – такая великая милость,
Что не важно, что там впереди...




фото

(no subject)

Я Вас не знал и видно не узнаю,
Я все сказал, что говорить нельзя,
Наверное потом, когда случится маю,
Я вновь вернусь, по прошлому скользя.

Крива стезя, и отчасти поката,
Я верил в то, в чем веры ни на грош,
Мне жить дано в окрестности Арбата,
Мой дом невыразительно хорош,

И что с того, что в нем я не прикаян,
И нет живого места от потерь,
Что мой сосед филолог Ванька Каин
Стучит ногой в незапертую дверь.

Мы тянем водку, спутницу порока,
Что если б ведал, возлюбил Сократ,
И рассуждаем о вине Востока,
Что час от часу множится стократ.

А боль свербит и временами даже
Бесцеремонно прерывает речь,
И никого из безымянной стражи,
Что б нас от нашей памяти беречь.
Leonid Latynin

фото

(no subject)


Что-то душно в империи мира
И про завтра плохая молва.
Так играй, моя грешная лира,
Нынче слышимая едва.

И не жди понимания боле —
Та же смута в нем, та же игра.
Хватит собственной силы и воли —
Раз пришла золотая пора —

На развалинах данного света,
Средь войною затопленных суш,
Подчиняясь закону Завета, —
Строить храм из разрушенных душ.